Путч 17–18 июля (1936)

Путч 17—18 июля — попытка государственного переворота в Испании, организованная частью армейского командования при участии правых и ультраправых политических партий страны.

Регионы Испании, поддержавшие республику (выделены розовым) и поддержавшие путч (выделены коричневым)
pinterest button

Закончился частичным успехом, послужил началом Гражданской войны в Испании (1936—39).

Причины и подготовка

Непосредственной причиной Июльского путча послужило неприятие политики Второй республики значительной частью испанского общества, в том числе и большинством офицеров, усугубившееся после победы на парламентских выборах 1936 г.

Народного фронта (коалиции либеральных и левых партий, где руководящую роль играли социалистическая и коммунистическая партии).

Народный фронт победил враждебные ему правые партии с небольшим перевесом, но его хватило для получения парламентского большинства и право на формирование правительства, которое сначала возглавил лидер леволиберальной партии «Левые республиканцы» Мануэль Асанья.

Власть левых была ещё более усилена после фактически незаконного смещения в апреле 1936 г. умеренного президента Нисето Алькала Саморы, после чего Асанья занял его место, а премьер-министром стал близкий к Асанье Сантьяго Касарес Кирога.

Придя к власти, Народный фронт повёл достаточно радикальную политику. Особо следует выделить следующие её меры, послужившие причинами путча 18 июля.

  • поощрение захвата крестьянами помещичьих земель;
  • поддержка профсоюзов в конфликтах с предпринимателями;
  • гонения на католическую церковь;
  • попустительство в отношении левых и ультралевых партий и организаций, развязавших кампанию уличных боев и убийств оппонентов

Большинство офицеров стали противниками Второй республики ещё с первых месяцев её существования в Испании (1931 г.). Главной причиной этому послужило сокращение численности армии и средств на её содержание при новой власти.

Так, в августе 1932 г. часть военных предприняла попытку путча под руководством генерала Хосе Санхурхо, закончившуюся неудачей. А в 1935 г. под руководством того же Санхурхо, жившего в эмиграции, был создан Испанский военный союз (ИВС) — полулегальное объединение консервативно настроенных офицеров.

Своей целью ИВС поставил «спасение Испании», то есть смену власти в стране путём военного переворота.

Ещё в феврале 1936 г., когда стали известны результаты парламентских выборов, лидеры ИВС генералы Франсиско Франко и Мануэль Годед попытались сорвать передачу власти от правоцентристской коалиции Народному фронту.

Однако военные не нашли поддержки у тогдашнего президента страны Н. Алькала Саморы.

Правительство Касареса Кироги попыталось парализовать деятельность ИВС, отправив его наиболее видных членов служить в отдалённые области страны; так, Франко был переведён на Канарские острова, Годед — на Балеарские острова, а фактический глава ИВС генерал Эмилио Мола по прозвищу «Директор» — в Наварру.

Также новыми властями поощрялась деятельность в войсках лояльного Народному фронту Республиканского антифашистского военного союза (РАВСа) (например, 13 июля 1936 г. его члены безнаказанно убили лидера оппозиции Хосе Кальво Сотело).

На руководящие должности в армии назначались почти исключительно политически благонадёжные офицеры.

Однако это не помешало Моле и его помощникам продолжить подготовку антиправительственного выступления.

Заговорщики получили согласия на участие в мятеже со стороны большинства испанских высокопоставленных офицеров, имевших боевой опыт и награды.

Исключением стали разве что испанские ВВС, где среди военнослужащих традиционно сильны были либеральные и социалистические идеи. Моле после переговоров удалось добиться соглашения о совместных действиях с гражданскими политиками: монархистами (как и с легитимистскими, так и с карлистскими) и ультраправой Испанской Фалангой.

Легко согласилась на участие в мятеже и гражданская гвардия — испанская военизированная полиция, чьи полномочия были существенно уменьшены республикой. Примечательным является тот факт, что Мола не стал заручаться поддержкой иностранных государств.

Переговоры о военной помощи с фашистской Италией и национал-социалистической Германией путчисты начнут уже после своего выступления.

Несмотря на все усилия Молы и его окружения, отдельные сведения о скором путче доходили до республиканских властей. «Директора» даже обыскивала республиканская контрразведка.

23 июня генерал Франко, явно не убеждённый в успехе мятежа, написал главе правительства письмо с двусмысленными намёками на скорое выступление военных и просьбой об своём обратном переводе в континентальную Испанию.

Однако Касарес Кирога не придавал слухам о мятеже значения, и письмо Франко проигнорировал. Только после этого будущий каудильо окончательно дал согласие на участие в путче.

Дата мятежа несколько раз переносилось по разным причинам. Окончательным временем начала выступления стало 17 часов 17 июля.

По плану Молы, сначала должны были восстать войска в Испанском Марокко, а затем и в континентальной Испании.

Мятеж в Испанском Марокко и на юге Испании

Мятеж в Испанском Марокко начался раньше указанного Молой срока. Ещё 16 июля начинается бунт в марокканских частях («Туземных регулярных войсках»), насчитывавший в общей сложности 14 тысяч человек.

Марокканцы были равнодушны ко Второй республике, так как она ничего не изменила в их жизни, а участие в мятеже сулило добычу и повышение в звании. Поддержало мятеж и исламское духовенство Марокко.

Другой ударной силой мятежа стал 11-тысячный испанский Иностранный легион, набранный из иностранных искателей приключений и преступников. Против республики выступили и собственно испанские части Африканской армии (20 тысяч человек).

Следует отметить, что Африканская армия имела боевой опыт в Рифской войне и считалась элитной в испанских вооружённых силах. Она была несравненно сильнее континентальных войск, и, то, что Африканская армия почти в полном составе примкнула к мятежу, стало существенным успехом руководителей путча.

До правительства в Мадриде доходили слухи, что войска в Марокко скоро восстанут. Касарес Кирога связался с командующим войсками протектората генералом Гомесом Прадо и попросил его доложить о ситуации в Испанском Марокко.

Гомес Прадо был лоялен республике, но абсолютно не владел ситуацией и ничего определённого доложить не смог.

Вскоре его арестовали мятежники. Мятеж в Марокко прошёл достаточно быстро и успешно. Уже к вечеру 17 июля восставшие войска взяли власть в столице протектората Тетуане, Мелилье, Сеуте и других его крупных городах.

Путчисты распространяли обращение генерала Франко, который в это время руководил мятежом на Канарских островах. В обращении, выдержанном в демократической риторике, ни слова не было об установлении военной диктатуры, говорилось лишь о необходимости борьбы с анархией и установления порядка в Испании.

Сопротивление путчистам в Марокко оказывали в основном лишь немногочисленные активисты левых партий и профсоюзов. Из военных против путчистов выступили лишь части ВВС: аэродром Сания-Рамель майора Лапуэнте и база гидросамолётов в Аталойоне лейтенанта Ларета.

Однако оба очага сопротивления были быстро взяты, а их организаторы расстреляны (Лапуэнте не спасло даже родство с Франко — они были кузенами).

Расстреляны были и почти все офицеры Марокко, занимавшие высшие командные должности, как правило, поддерживавшие Народный фронт.

Мятежниками из Марокко была передан условная фраза в Испанию: «Над всей Испанией безоблачное небо». Это был сигнал к бунту уже в самой метрополии.

По плану Молы важная роль отводилась южной испанской провинции Андалусия.

Она должна была стать плацдармом для высадки Африканской армии и её наступления на север. Однако «Директор» осознавал, что взять под контроль хотя бы часть Андалусии будет непросто; в этом регионе Народный фронт пользовался широкой поддержкой населения, а андалузская столица Севилья считалась оплотом испанских анархистов и коммунистов.

Показательно, что мятежом в Севилье поручил руководить не местному военному, а престарелому главе корпуса карабинеров генералу Гонсало Кейпо де Льяно. Кейпо де Льяно был известен как либерал и борец с монархией. поэтому абсолютно не подозревался властями в участии в мятеже.

Однако днем 18 июля он вместе с четырьмя преданными офицерами явился к командующему гарнизону города и арестовал того, заявив, что уже вся Испания во власти восставших.

Таким же способом Кейпо де Льяно взял под контроль все важные учреждения в городе, а вечером по радио сообщил об полном успехе путча во всей Испании и Севилье в частности, всему городу.

Однако ложь быстро вскрылась — Кейпо де Льяно удерживал лишь центр Севильи, и располагал лишь менее чем двумястами сторонников.

Коммунисты и анархисты стали спешно формировать свои отряды, на их сторону решительно встала местная штурмовая гвардия (альтернативная полиция, созданная при республике в противовес гражданской гвардии).

Однако у противников Кейпо де Льяно почти не было оружия, а власти города отказались им выдавать его.

К тому же гарнизон Севильи после некоторых раздумий примкнул к путчистам, а 20 июля в город начали прибывать части Африканской армии. Тем не менее, в Севилье ещё неделю шли уличные бои, закончившиеся победой Кейпо де Льяно.

Высадка африканцев и бездействие республиканских гражданских и военных властей позволили взять путчистам вверх в ряде других андалузских городов — Кадисе, Альхесирасе, Гранаде, Кордове.

В Малаге, Хаэне, Уэльве и Альмерии путч закончился неудачей, так как сторонники Народного фронта действовали решительнее, но нужный мятежникам плацдарм в Андалузии был создан.

На взятой под контроль территории Кейпо де Льяно ввёл военное положение и начал репрессии в отношении не только активистов Народного фронта, но и офицеров, не примкнувших к мятежу.

Так, был расстрелян военный губернатор Кордовы генерал Мигель Кампинс, хотя тот был верующим католиком, консерватором по убеждениям и отказался выдать оружие сторонникам республики.

Кампинса не спасли даже просьбы о помиловании со стороны своего старого друга Франко. В те же дни в Гранаде был казнён путчистами и великий испанский поэт Федерико Гарсиа Лорка.

Реакция правительства на путч. События в Мадриде

Первоначально правительство Касареса Кироги не придало мятежу серьёзного значения. Правительственная радиосводка утром 18 июня утверждала:

События того дня показали, что путч представляет для Испанской республики серьёзную опасность. Однако Касарес Кирога продолжал неверно оценивать ситуацию и упорно отказывался разрешить выдавать сторонникам Народного фронта оружие.

Он лишь объявил о смещении лидеров путча со своих постов, роспуске восставших армейских частей и отмене объявленного путчистами военного положения. Этих мер было явно недостаточно, и Касарес Кирога покинул свой пост в ночь с 18 на 19 июня.

Новым председателем правительства был назначен умеренный либерал Диего Мартинес Баррио. Мартинес Баррио по телефону связался с генералом Молой в Памплоне и попытался склонить того к прекращению мятежа, предложив сформировать правительство национального единства. Но Мола отказал:

Среди левых партий и профсоюзов поступок Мартинеса Баррио вызвал негодование. Нового премьер-министра обвинили в измене и капитулянтстве, и уже через 8 часов он был вынужден оставить свой пост. Формирование нового правительства президент Асанья поручил левому либералу Хосе Хиралю.

Тот тут же санкционировал выдачу оружия партиям и профсоюзам Народного фронта. Эта мера, хоть и явно запоздала, помешала путчистам взять вверх на значительной территории Испании.

В самом же Мадриде долгое время не происходило значимых событий. На улицах города 18 июня шли бои между гражданскими сторонниками и противниками Народного фронта, а армия не вмешивалась в события.

Только во второй половине дня 19 июля находившийся в пригородных казармах Ла-Монтанья генерал Хоакин Фанхуль взял на себя командование столичным военным округом и объявил военное положение в Мадриде.

Однако ополчение сторонников республики действовало гораздо решительнее. В ночь с 19 на 20 июля они взяли штурмом казармы в мадридском пригороде Карабанчеле. Фанхуль не решился выступать своими силами, и к 20 июля был блокирован республиканцами в Ла-Монтанье.

Генерал дважды отказался сдаться, и 21 июля его казармы после артобстрелов и авианалёта были взяты противниками. Сам Фанхуль был взят в плен и впоследствии расстрелян.

Таким образом, путч в столице провалился. Во многом этому поспособствовало решение Хираля выдать оружие Народному фронту. Оно же помешало взбунтовавшимся военным взять власть во многих других городах и регионах Испании.

Путч в других регионах Испании

Как и предполагал Мола, легче всего оказалось взять власть в патриархальных Наварре и Старой Кастилии.

Основное население этих регионов составляло зажиточное крестьянство, ненавидевшее республику; кастильские и наваррские (рекете) ополченцы впоследствии были одними из самых стойких бойцов в армии испанских националистов.

Мятеж в Памплоне, Бургосе, Саламанке и Вальядолиде фактически носил характер народного праздника. Сопротивление оказывали немногочисленные активисты Народного фронта и переведённые из других регионов Испании офицеры-республиканцы.

Так, 18 июля был арестован командовавший VI военным округом генерал Доминго Батет.

Батет догадывался о скором мятеже, но буквально за день до мятежа Мола дал ему слово, что ничего не знает ни о каком заговоре против правительства.

Через полгода, во многом по настоянию Франко, Батет будет казнён, хотя многие военные, например, Кейпо де Льяно, выступали в его защиту.

Командующий VII военным округом генерал Мольеро оказал при аресте вооружённое сопротивление путчистам и погиб в перестрелке.

В другом северо-западном регионе Испании, Галисии симпатии населения к республике были куда сильнее. Неудивительно, что военные в центре провинции, Ла-Корунье, и другом крупном галисийском городе Виго решились выступить только 20 июля.

На руку им сыграло то, что власти слишком поздно решили раздать оружие своим сторонникам. Тем не менее, уличные бои в городах Галисии шли ещё в течение недели.

Путчистам удалось достичь успеха, они взяли под контроль всю Галисию, в том числе и одну из крупнейших баз испанского военного флота Эль-Ферроль.

На севере Испании, в Астурии, Кантабрии и баскских провинциях Алава, Гипускоа и Бискайя, мятеж предсказуемо провалился.

Определённые надежды Мола возлагал лишь на консервативную Страну Басков, однако баски получили от правительства Народного фронта автономию, чему противились испанские правые партии, и восставать против республики не собирались.

В баскской столице Бильбао мятеж был сорван — офицеры, подозреваемые в заговоре, были арестованы ещё до того, как начали действовать.

Войска восстали лишь в Сан-Себастьяне, но к 24 июня после ожесточённых боев путчисты были блокированы в гостинице в центре города и капитулировали.

Неожиданностью стал успех путча в Овьедо, центре шахтёрской провинции Астурия, где были очень сильны позиции социалистов и коммунистов.

В 1934 г. они даже подняли в Астурии восстание, протестуя против перехода власти к правым республиканцам. С началом мятежа командующий военным округом генерал Антонио Аранда заверил активистов Народного фронта в своей лояльности.

Более того, когда часть ополчения астурийских рабочих решила двинуться в Мадрид на помощь правительству, Аранда даже выдал им партию винтовок и пулемётов.

Однако как только большая часть вооружённых сторонников Народного фронта покинула Овьедо, Аранда немедленно арестовал и приказал расстрелять местных лидеров ИСРП и КПИ.

Власть в городе немедленно перешла к военным и гражданской гвардии. Тем не менее, отряды шахтёров быстро блокировали город, и вплоть до 17 октября войска Аранды были вынуждены держать круговую оборону Овьедо.

Путч в столице Арагона Сарагосе прошёл во многом аналогично событиям в Овьедо и Севилье. Командовавший V военным округом генерал Мигель Кабанельяс был известен как сторонник республики.

Он принимал участие в антимонархическом заговоре, затем даже был депутатом парламента от либеральной Радикальной партии. Поговаривали, что к участию в путче его принудили буквально под дулом пистолета.

С началом мятежа Кабанельяс заверил правительство в своей безусловной лояльности. Однако 18 июля он арестовывает верного республике командующего городским гарнизоном генерала Мигеля Нуньеса де Прадо, а рано утром 19 июля вводит в Сарагосе военное положение.

Сарагоса имела репутацию анархистского города, но ни ФАИ, ни НКТ реального сопротивления Кабанельсу не оказали. Помимо Сарагосы, путч закончился успехом ещё в некоторых городах Арагона (Хаке, Теруэле, Уэске и т. д.).

Испанский Левант и Каталония полностью остались в составе республики. В столице Леванта Валенсии мятеж не состоялся вообще. Лишь в Альбасете гражданские гвардейцы сумели взять власть, но уже через неделю ополченцы-республиканцы восстановили в городе исходное положение.

Обречённым на неудачу сами путчисты считали мятеж в Каталонии и её столице Барселоне, крупнейшем на тот момент городе Испании. Барселона была оплотом не только местной национал-либеральной «Эскерры», но и ультралевых анархистских ФАИ-НКТ и троцкистской ПОУМ.

Служивший там младший брат Молы Роман советовал Эмилио даже не пытаться свергнуть республику в Барселоне. Но «Директор» решил рискнуть.

На рассвете 19 июля в городском порту высадились войска генерала Годеда — днем ранее они легко взяли власть на Канарских островах.

Войска Годеда действовали быстро и решительно, они быстро арестовали офицеров-республиканцев и стали контролировать центр Барселоны с её важнейшими учреждениями (вокзалом, почтой, телеграфом и т. д.).

Однако барселонские анархисты захватили городской арсенал, раздав оружие свои сторонникам. К вечеру того же дня путчисты были окружены.

Роман Мола погиб в бою. Годед был взят в плен и вскоре казнён. В остальных каталонских городах мятеж не состоялся вообще.

Мятеж на флоте

В сложившейся ситуации важная роль отводилась испанским военно-морским силам (2 линкора, 7 крейсеров, 17 эсминцев, 8 миноносцев, 5 канонерских и 12 подводных лодок, где с учётом береговых частей служило около 35 тысяч человек).

Они могли либо перебросить Африканскую армию в Испанию, либо оставить её в Марокко. Всё зависело от того. кто возьмёт верх — поддерживавшие путч офицеры, либо находившиеся под влиянием Народного фронта матросы.

Так, 18 июля эсминец «Чурукка», не осведомлённый о мятеже, перебросил в Анадлусию батальон («бандеру») Иностранного легиона.

Но вскоре экипаж «Чурукки» узнал о путче и отказался выполнять приказы офицеров и взял командование на себя.

Вскоре аналогичные события произошли на крейсерах «Либертад» и «Сервантес». Неудачей закончились попытки заговорщиков заполучить хотя бы одну подводную лодку.

В итоге, большая часть флота осталась у правительства республики.

Мятежникам достались лишь, главным образом, корабли, стоявшие в порту Эль-Ферроля: старый линкор «Эспанья», строящиеся крейсеры «Канариас» и «Балеарес», два лёгких крейсера и четыре канонерские лодки.

Однако, с другой стороны, большая часть морских офицеров поддержала мятеж.

Они были убиты в боях с матросами, либо ими арестованы.

Республика лишилась большего числа грамотных морских специалистов — 17 адмиралов из 21, 29 капитанов 1 ранга из 31, 58 капитанов 2 ранга из 65 и т. д.

Дата начала: 17 июля 1936

Дата окончания: 20 июля 1936

Период Франкистская Испания

Полезная информация

Путч 17—18 июля 1936 г.
исп. Pronunciamiento del 17 y 18 de julio de 1936

Итоги

К 22 июля можно было подвести окончательные итоги мятежа. Восставшие военные взяли верх на трети испанской территории (175 тысяч кв. км.).

Основную часть их территории составлял консервативный аграрный северо-запад страны. Из десяти крупнейших городов Испании путчисты смогли взять лишь Севилью и Сарагосу.

Мятеж показал, что большинство испанцев на тот момент поддерживали Вторую республику и Народный фронт.

Почти везде, где мятежникам было оказано активное вооружённое сопротивление, путч окончился неудачей.

В первые дни войны порядок и послушания населения на своей территории восставшие военные и их союзники были вынуждены жестокими репрессиями.

Так, только в Сарагосе в первые дни после захвата власти путчистами было казнено более 2 тысяч человек, а в Ла-Корунье — более 7 тысяч.

Мятежники испытывали острую нехватку не только в самолётах и военных кораблях, но ив патронах и стрелковом оружии. Большинство испанских военных заводов находилось в Астурии и Каталонии, а эти регионы были решительно на стороне республики.

Ещё одним ударом по путчистам стала гибель их лидера генерала Санхурхо.

Он погиб 19 июля в авиакатастрофе при перелёте из Португалии, где он жил последние годы, в Бургос.

Равного ему по авторитету среди лидеров путчистов не было. Было спешно составлено коллегиальное руководство восставшими («Хунта национальной обороны») под председательством генерала Кабанельяса.

Хунта объявила себя и свои войска «национальными силами», националистами, ведущими борьбу за защиту религии, наведение порядка и уничтожение коммунистической угрозы Испании.

Однако с другой стороны, мятежникам удалось привлечь на свою сторону большую часть сухопутных войск. Их поддержали главные поставщики аграрной продукции страны — Старая Кастилия и Наварра, что позволило националистам не испытывать проблем с продовольствием.

В их рядах не было межпартийных раздоров, а в войсках царила строгая дисциплина, в то время как республиканцы ни тем, ни тем похвастаться не могли.

К путчу сочувственно отнеслись и многие зарубежные государства, в первую очередь соседняя салазаровская Португалия, а также фашистская Италия и нацистская Германия, которые вскоре стали оказывать войскам Молы и Франко активную поддержку.

Таким образом, путч перешёл в гражданскую войну.